taby27.ru о философии дизайне, имидже, архитектуре  

, .

Косметика или уход? Ранние практики изменения тела

Косметические практики, чаще всего встречающиеся в первобытности, тоже мало связаны со здоровьем или физической защищенностью организма. Собственно уход минимален. Очищение кожи происходит «скрабовым» путем. Так, «современные пигмеи моются массой из тертого красного дерева» (Дмитриева Н. Загадки мира моды. М., 1991. С.93). Раскраска наименее вредна. Татуировка, к которой прибегают все архаичные культуры, выполняется в это время столь суровыми методами, что вынужденно растягивается на годы, поскольку человек может умереть от болевого шока или заражения крови. Под татуировкой сегодня понимают изменение внешнего вида кожи в результате введения различных красок. Возможно, первоначально татуировка имела практическое значение, возникнув из процедуры втирания земли в ранку или укус насекомого, чтобы не было зуда. А. Ельски указывает три основных техники татуажа на ранних этапах. Во-первых, нанесение узора иглой, сделанной из кости рыбы или животного, с последующим втиранием какого-либо красителя. Вторая из упоминаемых А. Ельски техник связана с использованием окрашенных жил животных, которые продергиваются под кожей, оставляя следы в виде крупной строчки. Третья - нанесение узоров долотом с последующим втиранием красителя. Можно отметить равную опасность и возможный вред этих процедур - от болевого шока (поскольку нанесение часто сопрягается с требованием молчания, терпения) до заражения крови.

При этом нанесение первых узоров обычно приурочено к обряду инициации, где испытуемый должен подтвердить свои терпение и выдержку. В последующем узор наносится в течение всей жизни, так что у мужчины она может занимать всю поверхность тела, от кончика языка до гениталий. Татуировка в концентрированном виде содержит в себе информацию о человеке, так что современный маори, видя собственную фотографию, отрицает свою идентичность с ней, указывая на грудь с узорами: «Это не я, вот - я». Даяки в Индонезии получают право татуировать палец за участие в сражении, ладонь - за добытую голову неприятеля (Лихачева Л.С. Школа этикета. Екатеринбург, 1996. С. 236). У женщин татуировка занимает гораздо меньшую площадь и выглядит проще. Как правило, женщины татуированы в областях, которые особенно важны в их восприятии в качестве продолжательниц рода - губы и подбородок, грудь, живот, верхняя часть бедер. Места расположения татуировок вполне закономерны, если сравнить их со смысловыми акцентами так называемых «Венер палеолита» - скульптурных изображений женщин с гипертрофированными грудью, бедрами, животом. Разное положение мужчины и женщины в отношении косметики, о котором и в дальнейшем неоднократно пойдет речь, заметно уже здесь. Культура в большинстве случаев отдает преимущества мужчинам - охотникам, воинам, кормильцам. Мужская косметика оказывается более трудоемкой, требует времени и тщательности исполнения.

Основные узоры при этом лишены одномерного геометризма, чаще они представляют собой спирали, концентрические окружности, волнистые линии, точки и зигзаги. «У многих на лицах спиралеобразная татуировка, некоторые раскрашивают себя также красной охрой и маслом» (Форстер, 113). Первобытная татуировка не всегда признает и симметрию относительно центра тела. Эти характерные черты имеют большое эстетическое значение, во многом не оцененное до сих пор. Дело в том, что любое представление о красоте, как первобытное, так и последующих времен, соединяет в себе стремление следовать некоему общепринятому идеалу, выделяющему представителей данного социума от соседей-«чужаков», и стремление подчеркнуть индивидуальные черты данного человека. На протяжении истории соотношение всеобщего и единичного в образах красоты будет бесконечно варьироваться. С нашей точки зрения, первобытный орнамент находит почти идеальный вариант такого соотношения. С одной стороны, мотивы его универсальны, он может быть нанесен на разные тела, существовать в разных техниках исполнения. С другой стороны, именно спирали и круги в наибольшей степени оказываются «привязанными» к поверхности тела, его особенностям, объемам и т.д. Следовательно, при единстве внешнего облика, двух одинаковых вариантов быть все-таки не может, даже, например, при общей численности убитых врагов. Татуировка и раскраска не декоративны, они продолжают тело, органично связаны с ним. Жизнь в культуре фиксируется узором на теле.

Видимо, эмоциональная составляющая восприятия такого грима была высока. «...Было важнее испугать, поразить, повергнуть в смятение соплеменника или врага, внушить уважение, ужас, обожание, близкое к обожествлению» (Васильев А. История макияжа // Нувель эстетик. 1998. № 5). Это вытекало из ритуальной, магической роли первобытного макияжа и, в свою очередь, влияло на полноту ее реализации.

В первую очередь такого рода эмоциональный эффект важен самому носителю узоров. Первобытное сознание развивается таким образом, что наибольшая важность в нем принадлежит категориям рода: человек в первую очередь «из племени таких-то», а потом уже «он сам». Красный цвет раскраски связан не только с кровью и жизненной силой как таковыми, он фиксирует в культуре все наиболее значимое (Еремеев А.Ф. Первобытная культура. Саранск, 1996. Т. 1. С. 98.). Ее  употребляют в пищу, используют в лечебных целях. Она выступает главным критерием ценностных классификаций человека и его поступков (например, пролитие крови - кровная месть), а от основной линии рождается шкала производных вторичных ценностей. С кровью связываются культурные табу и предписания, как например, запрет кровосмешения или клятва, скрепленная кровью. Кровь связывает людей друг с другом в родстве. Оформляя себя с помощью красного цвета, человек как бы обретает себя во всей своей полноте и значимости, ощущает себя полноправным членом рода, понимает свою единичность и неповторимость.

Среди других видов изменения внешнего облика человека можно назвать рубцевание либо нанесение надрезов. Здесь связь с магией и обрядовой деятельностью особенно заметна. К рубцеванию прибегают в местностях, где тотемным зверем, предком и покровителем племени, выступает животное, чья кожа груба и неровна, например, крокодил. Рубцевание представляет из себя ряд мелких надрезов на коже, заживляемых до струпьев, которые отрывают, не дав зажить, до тех пор, пока не возникнет рубец. Как правило, рубцуют спину, часть плеч и бедер. Мотивом этой процедуры выступает достижение сходства с тотемом, поэтому она приобретает черты магического обряда, переходящие в позднейшие времена почти в любое косметическое действие. «В первобытной культуре такие цензоры, как логика, причинно-следственная обусловленность, почти не мешали магико-фантастическим способам самовыражения. Отсюда удивительная яркость и многообразие этой культуры. Действительность и фантазия одинаково реальны для первобытного человека, и заклинание жреца убивало его иногда вернее, чем примитивное оружие. (...) Приемы лечебной магии теснейшим образом связаны с медициной, магия образует ее методологическую и теоретическую основу. Вредоносная магия, насылание порчи, любовная магия были эффективными средствами модных и теперь приемов манипуляции сознанием путем воздействия на психосоматические структуры человека», -  отмечают современные исследователи (Введение в культурологию. С. 97).

Тотем не просто защищает и покровительствует, он выступает всеобщим первопредком. Поэтому рубцевание - наименее индивидуальная из всех процедур. Его результат будет выглядеть примерно одинаково у всех и, соответственно, все стремятся к подобного рода сходству. Здесь с наибольшей яркостью прослеживается взаимодействие общего и индивидуального в достижении желаемого облика. Насколько узоры татуировки или уродование зубов могут сделать до некоторой степени непохожим, выделить, настолько, видимо, рубцы или прическа связаны с подражанием, сходством, единообразием. Две ведущие тенденции современной моды в том числе зарождаются в глубокой древности, задавая движение ко все большей степени проявленности индивидуальной красоты.

Что касается причесок, то они особенно сложны и ухожены у мужчин. Еще до появления расчесок и гребней люди пользуются колючками, палочками или рыбными костями для расчесывания волос. Большинство народов знают эпиляцию, уничтожая растительность на щеках при помощи расщепленных палочек, волосок за волоском, без какого-либо обезболивания или смягчения (Лихачева Л.С. Школа этикета. Екатерибург, 1996. С. 233.), и оставляя волосы на голове для самых разнообразных трансформаций. Так, в Африке женщины ходят по большей части подстриженными и бритыми наголо. Мужчины при этом взбивают волосы бамбуковыми гребнями, укладывают вокруг головы. Они натирают волосы пальмовым маслом или мякотью кокоса, обвивают полосками листьев. По бокам укрепляют цветы, сзади листья яркого растения, спереди несколько ярких перьев. Пожилые отпускают волосы сзади, спереди смазывают глиной, так что они напоминают панцирь черепахи. Они вынуждены спать, подложив под голову вытесанную колоду, позволяющую держать прическу на весу (Лихачева, 247). У некоторых африканских племен существует обычай породнения прическами, требующий иных усилий. Под музыку и пение 5-6 родственников волосы сбривают наголо. Все срезанные волосы укладывают в специальный сосуд, заливают составом из глины, песка и воды, массу в виде плоских маленьких блинов кладут на макушку как символ родства и дружбы, иногда передаются из поколения в поколение. Такая прическа переходит по наследству от отца к старшему сыну. Первобытная прическа, равно как узоры, может быть лишена симметрии, столь привычной для европейского глаза, формируемого греческой традицией. Однако с эстетической точки зрения асимметрия шире, полнее и выразительнее, она больше соответствует природной жизни, природному состоянию человека, поскольку и природа, как это научно доказано ныне, своим главным принципом имеет асимметрию.   

Проиллюстрировать названные выше процедуры может описание путешественника, сделанное в 1880-х гг. в Африке, близ Таньганьики. «Народ обильно татуирован мелкими надрезами, образующими спирали, круги и прямые линии; волосы выбривают отдельными участками или коротко стригут. Местные украшения - это проволочные браслеты, самбо, бусы и маленькие железные колокольцы. Покупной ткани носят очень мало; большинство одеты в лубяную ткань и в шкуры» (Камерон В.Л. Пересекая Африку. М., 1981. С. 161).    

К числу повсеместных, тоже болезненных и тоже связанных с магико-косметическим воздействием на тело, манипуляций можно отнести введение посторонних предметов в нос, губы, уши, а также оттягивание мочек до плеч, уродование формы губ и ушей, изменение верхней части ушной раковины. Уши прокалывают вверху и внизу, позже мешают заживанию раны, вводя предметы все большего размера, пластинки до 7 см в поперечнике (Лихачева, 231). Поскольку сам по себе размер ушей вряд ли объяснится мотивом достижения сходства или, напротив, подчеркивания индивидуальных особенностей, зададимся вопросом о функциях первобытной косметики.

29.08.2008

...материя конечна
но не вещь.
Иосиф Бродский